ПРОЩЕНОЕ ВОСКРЕСЕНЬЕ Я почему-то был особенно занят и целыми днями работал в архиве у князя. В прощеное воскресенье часа в три я зачем-то пошел на другую половину квартиры через вестибюль. Только что отворил я дверь в вестибюль, как с улицы в распахнутую дверь подъезда вошел высокий генерал с седоватыми баками и на ходу сбросил с себя шинель, подхваченную одним из вошедших следом за ним двух конвойцев. Я узнал Александра II и быстро отступил назад в библиотеку. Я слышал оттуда, как швейцар, распахнув двери на половину княгини, возгласил: -- Его императорское величество государь император! А князь в это время сидел у себя в кабинете в своей любимой позе, откинувшись головой на спинку глубокого кресла и высоко, чуть не на самый стол задрав ноги, с какой-то запрещенной книжкой в одной руке и толстейшей папиросой в пальцах другой. Кругом плавали облака дыма. -- К вам царь приехал, - сказал я, входя в кабинет. -- Это не ко мне, а к княгине, - небрежно отвечал Павел Петрович, даже не шевельнув головой и только усиленно потянув из своей огромной папиросы... Посещение Александром II княгини Марии Аркадьевны, о котором я только что упомянул, было последним в его жизни: вскоре наступило роковое для него 1 марта и он сложил свою голову. Е.Н. Опочинин. Князь Павел Петрович Вяземский